Афоризм дня

"Любитель транквилизаторов: "Пятое колесо действительно было лишним!"

Неизвестный Ельцин (часть 2)

 
Корр.: Юмашева взяли?
 
И.О.: Конечно. Ельцин ему наговорил информацию, а он ее изложил. По тем временам книга вызвала интерес. Так он и освоился рядом с семьей. Тихий парень "Огонек".
 
Корр.: Вам спасибо не сказал? Вы же были гарантом.
 
И.О.: Его никогда не встречал. Поблагодарил меня Виктор Хроленко.  Пошли в ресторан "Прагу" отметили это дело. У меня там был постоянный столик.
 
Корр.: Это судьба у человека такая. Везунчик.
 
И.О.: У меня с пресс-секретарями Ельцина еще одна история. Я дружил со Старковым – главным редактором АИФ. У него замом работал Коля Зятьков. И мы тоже подружились. Когда в Кремле главой администрации Президента Ельцина стал Юрий Владимирович Петров, я ему предложил кандидатуру Зятькова на должность пресс-секретаря. Пришел в АИФ, подзываю Николая. Говорю ему: “Коля! А ты бы пошел работать в Кремль?” Он – "Никогда. Что я, сумасшедший? Мне АИФ как дом родной. Ничего другого не хочу". Я тут и притух. Наобещал уже Петрову, что завтра Зятькова приведу к нему. 
 
Корр.: Попали в ситуацию…
 
И.О.: Терять мне было нечего. Я пошел к Старкову, рассказал всю правду. Владиславу нужен был человек в Кремле. Он позвал Николая и попросил, чтоб тот пошел со мной к Петрову. Пришли в Кремль. Петров предложил ему работу. Николай согласился. Я доволен. Петров доволен. Но еще нужно было зайти на беседу к первому помощнику Ельцина – Виктору Илюшину. Стою, жду. Выходит Николай и говорит: "Я отказался. Меня об этом попросил Илюшин". Я бегу к Петрову, тот в бешенстве. Требует Зятькова к Ельцину, но Зятьков смылся из Кремля. Через неделю назначили Костякова, человека с нетрадиционной ориентацией. В данный момент Николай Зятьков главный редактор АИФ. Дом родной.
 
Корр.: Вы часто бывали в Кремле?
 
И.О.: У Петрова очень часто. Он человек очень разумный, воспитанный, дипломатичный. Он не "вписывался" в команду реформаторов. Делали для него аналитические записки вместе с Бобковым и Глагольевым Володей, который работал до меня помощником Полозкова – первого Секретаря ЦК КП РСФСР. Очень грамотный парень. Порядочный человек. Глыба. Кстати, Петров уже тогда просил справки по Кавказу. Смотрел вперед. Понимал проблему. Но его выпихнули из Кремля.
 
Корр.: С кем Вы еще дружили?
 
И.О.: С Лобовым Олегом. В ту пору он был председателем экспертного совета при Президенте. Потом первым заместителем Совмина и Председателем Совбеза. Это не просто знакомый. Это мой прекрасный друг. Дружим до сих пор. О нем можно говорить много, долго. Одним словом. Честен! Не предатель. Он и Ельцина никогда не предавал. Интриговал сильно Коржаков Александр – начальник охраны. Он хотел полностью контролировать Ельцина, единолично. Всех друзей и товарищей Ельцина, включая Лобова, убрал с дороги. В этом ошибка Бориса Николаевича.
 
Корр.: Для себя Коржаков правильно поступал.
 
И.О.: А я и не осуждаю. Сумел. Молодец. Не могу сказать точно, а что такой контроль дал России. Историки когда-то напишут. В конце дня Ельцин его некрасиво выгнал, потом Коржаков некрасиво написал. Хотя отношения между Ельциным и Коржаковым были отличными. Но нельзя обсуждать их третьему лицу. Поэтому умолкаю.
 
Корр.: А что за история с открыткой Ельцина?
 
И.О.: В это трудно поверить, но факт. Я должен был ехать в Париж на переговоры с Газ де Франс – это как наш Газпром. И мне очень хотелось, чтобы в переговорах поучаствовал Суханов. Своим авторитетом задавил французов. Ельцин в это время должен был ехать с визитом в Испанию. Лев мне говорит: Ты позвони мне в Мадрид, и мы договоримся, когда я подскачу в Париж.  Сижу я на переговорах с президентом Газ Де Франса, смотрю на часы пора звонить. Спрашиваю его разрешения позвонить с его телефона (мобильных не было еще). Его секретарь соединяет меня с посольством России в Испании. Мне говорят, что кортеж отправился в аэропорт. Я прошу по возможности соединить меня с Сухановым. Вдруг с выпученными глазами вбегает секретарша президента компании и говорит: "Вас сейчас соединят с самолетом Президента России". Я взял трубку, слышу рев самолета. Жду на связи Суханова. И вдруг слышу голос Ельцина: "Что ты мне в самолет звонишь” – Я сходу отвечаю: “Борис Николаевич! Я хочу просить у Вас разрешения напечатать открытку "Первый Президент России с автографом". Ельцин: «А Вы мне не могли через четыре часа в Москву позвонить? Хорошо". На этом разговор закончился. Французы в шоке. Подписали молча контракт. С доверием  ко мне вопросов у них не было.
 
Корр.: А что Суханов?
 
И.О.: Он мне рассказывал. Что они пришли в самолет. Сели за стол отметить удачный визит. Вдруг, бежит связист и говорит: "Борис Николаевич! Вас срочно Осадчук из Парижа". Суханов кинулся к трубке, но Ельцин оказался проворней. Лев Евгеньевич чуть не получил инфаркт. Всех связистов выгнали с работы.  Это был для меня самый дорогой звонок. На следующий день у меня на Кипре было фото Ельцина с автографом. Я сделал супер красивую открытку, где Ельцин стоит, облокотившись о березу. Он ее дарил своим коллегам –  Президентам других стран.
 
Корр.: Говорят, что когда Ельцин куда-то летел и, когда все садились за стол в самолете, он всегда со смехом спрашивал: "Что-то Осадчук не звонит".
 
И.О.: Да. Потом я издал книжку Суханова "Вместе с Ельциным", но это другая история.