Афоризм дня

"Любитель транквилизаторов: "Пятое колесо действительно было лишним!"

Цеховик из Привольного (часть 3)

 
Корр.: Можете рассказать подробнее, как появился Фонд в поддержку реформ Горбачева.
 
И.О.: Это великолепная история. Пример того, что любая цель может быть достигнута. Даже если ты никто в этой жизни. Приехал я из Привольного. В деревне каждый день пили и играли в бильярд. Мама, Мария Пантелеевна, собиралась в Москву к Мишке, так она его называла. Брат, Иван Васильевич Рудченко, – первый секретарь райкома Привольного, должен был ее сопровождать, и за одно сделать операцию на глаза. Вдруг, нежданно, бабуля поломала себе ногу. Поездка задерживалась, Мишка звонил ей и очень ругался на нее и на охрану, которая ее обеспечивала.
 
Корр.: Маму охраняли?
 
И.О.: 9-ое управление КГБ охраняло. Не могу не рассказать анекдот на эту тему, который ходил в Привольном. «Выходит мама на крыльцо и говорит охранникам: сынки, вы такие здоровые кобели, шли бы лучше урожай собирать или на завод работать. Зачем меня охраняете кому я потрiбна?  Охранник: мы, бабуля, не тебя охраняем, а смотрим, чтобы тебя никто не изнасиловал, и ты второго такого Мишку не родила!» 
Корр.: Приехал я в Москву. Родственники передали письмо зятю Горбачева – Анатолию Вирганскому. Он работал хирургом в Первой Градской. Писал научную работу под руководством академика Савельева. Прихожу туда с письмом, а там не до меня. Академик на охоте случайно подстрелил своего дружка. Приняли меня, взяли письмо. А я возьми да скажи, что ответ передайте через бабулю, которая через неделю приедет в Москву. Что началось. Приезд перенесли. Меня обругали, что я распространяю секретную информацию. Еле улеглось.
 
Корр.: И..……
 
И.О.: Все как всегда. Встреча в ресторане "Арбат" с друзьями. Пьянка-гулянка. Утро туманное. Пришел на работу и думаю, что же сделать такого, чтобы вляпаться в историю. В стране шла подготовка к 27 съезду КПСС. Наше поколение знает, что это такое. Лигачев Егор (Юрий) Кузьмич идет против Горбачева и его перестройки. Политбюро пытается вынести Горби из Кремля. Помогает Андрей Андреевич Громыко. Перед съездом обычно проходит пленум ЦК, на котором утверждают список кандидатов и членов ЦК.  Горби попросил Громыко переговорить с каждым, кто мешал Горбачеву совершать госпереворот,  добровольно отказаться от членства в ЦК. Итого 75 человек заменили, и этого хватило, чтобы уничтожить партию. Произошла замена Политбюро. Туда попали смешные люди. Например: главред журнала "Работница".
 
Корр.: Политбюро стало малозначимым органом?
 
И.О.: Никаким. На фоне этой драчки мне в башку пришла идея создать Фонд. Пришел ко мне в гости Миша Шатров. Он в ту пору написал пьесу о Ленине "Дальше, дальше". Она горячо обсуждалась нашими согражданами. Сели мы с ним, обсудили главного героя пьесы, к которому он относился тоже скверно. Вдруг в дверь звонок. Приехал приятель замдиректора Львовского завода "Электрон" и притырил два телевизора с корейской трубкой, с кнопками, пультиком. Шатров тут же выцыганил у меня один. Я, не будь дураком, сразу впихиваю Шатрову идею создания Фонда. Деваться некуда – он за!
 
Корр.: Куда Вы дальше?
 
И.О.: Написал ночью устав. Все с потолка. Забегая вперед, впоследствии написать устав меня попросил академик Шаталин и зампред Совмина академик Абалкин для фонда "Реформа". Позвонил моей хорошей знакомой Сашеньке Очировой, которая первая в СССР создала центры планирования семьи. Она предложила в соучредители Академию Творчества.  Профессор Гладышев, на редкость целеустремленный человек, согласился. Потом я пошел к своему хорошему товарищу Быстрову Евгению Ивановичу, который в то время трудился Председателем Мосгорплана и одновременно управляющий делами Президента СССР. Показал ему устав и попросил зарегистрировать, при этом показал пальцем вверх, что там знают.  Он позвал начальника регистрационной палаты Мосгорисполкома и начальника управления по науке и технике Евтушенкова Володю, по совместительству его дружка. Все отказались помогать мне. Принесли печать, но ставить никто не решался. Тогда быстро ее сам шлепнул. Так был зарегистрирован Фонд.
 
Корр.: Авантюра!
 
И.О.: Все еще впереди. Радостный, я побежал к Шатрову. Что делать дальше? Надо провести презентацию Фонда. Это слово в СССР никто не знал, что значит. Мы с Шатровым взяли Софью Головкину – директора хореографического училища и пришли к директору Большого театра Коконину. Мол, так вот и так. Хотим провести презентацию фонда. Он чуть со стула не упал. "В Большом из политических мероприятий проводится только день рождения Ленина. Пошли отсюда". Но мы ему сказали волшебное слово: Там знают! Тогда он предложил нам выкупить все билеты на спектакль, а это две тысячи билетов. Кому продать? Тогда Шатров предложил поехать к Брагину – директору АЗЛК и предложить приобрести билеты для рабочих. Тот как увидел сетку билетов в Большой  театр, чуть со стула не упал. "Где взяли, спросил он?". Купил.
 
Корр.: Боже мой!!!!
 
И.О.: Двести билетов я отнес в пресс-центр МИДа. Там работал директором мой большой приятель Сова. Это человек легенда, но не имею право без разрешения говорить о его жизни. Придет время, и он будет увековечен. Он раздал билеты иностранным журналистам. Сам же Сова потирал руки. Понравилась ему эта авантюра. Острые ощущения. Игры с КПСС и вновь избранным Президентским Советом.
 
Корр.: Опасно же. Могли же раздавить как…
 
И.О.: Еще бы.  Но процесс было уже не остановить. Я напечатал на компьютере бланки фонда и напечатал приглашение посетить презентацию фонда. Что началось? Кто такой Осадчук? Горбачев в курсе или нет? Тогда Шатров не на шутку перепугался, побежал к Яковлеву Александру Николаевичу просить поддержки. Тот тоже любил авантюры и с большим удовольствием согласился.
 
Корр.: День презентации.
 
И.О.: За день до презентации мне звонит помощник Примакова, в ту пору члена Президентского Совета. Фактически, заместитель Горбачева. Попросил встретить Примакова у черного входа Большого театра. Горби поручил ему выступить. Приехал я в театр на машине моего друга Виктора Афонина. У него была машина – старенький Уазик. Припарковались на площадке перед Большим. Картина была шикарная. Все правительственные ЗИЛы, а посредине наш УАЗ. В театре весь проход был усеян ТВ камерами. Присутствовало около 180 журналистов из разных стран. Политбюро и все члены Президентского Совета, члены правительства СССР и РСФСР в первых рядах. Меня разместили с Губенко – министром культуры СССР в правительственную ложу. Председатель КГБ Крючков нервно посматривал на меня с первого ряда. Пошел встречать Примакова. Он меня спрашивает: "Что это за клуб ты создал?" Я ему – сторонники Горбачева. Вышел он на сцену и стал благодарить всех, что пришли поддержать реформы Михаил Сергеевича. Зал упорно молчал. Они ведь пришли на балет!!! Примаков требовал аплодисментов. Зал упорно молчал. Примаков пустился почти что на крик. Наконец, зал зааплодировал. Провожая Примакова, он вспотевший спросил: Ты где таких идиотов сторонников нашел? И уехал.
 
Корр.: Потом был спектакль?
 
И.О.: Да. Щелкунчик. В перерыве я подошел к Крючкову и спрашиваю: "Ну, как вам Фонд?" – "Начинание хорошее, а там посмотрим!" - жестко ответил он мне.